На первую страницу

 

Хроника жизни и творчества

Стихи

    Стихотворные сборники

    Алфавитный указатель

    Стихи Рубцова в переводах

Письма

Страницы прозы

Переводы

Критические работы

 

О Рубцове

    Исследования

    Очерки, заметки, мемуары

    Воспоминания современников

    Книги о Рубцове

    Критические статьи

    Рецензии

    Наш Рубцов

    Посвящения

    Дербина

 

Приложения

    Документы

    Фотографии

    Рубцов в произведениях художников

    Иллюстрации

    Библиография

    Фонотека

    Кинозал

    Премии

    Ссылки

 

Гостевая книга

Контакты

Рейтинг@Mail.ru
КНИГИ О НИКОЛАЕ РУБЦОВЕ

Нинель Старичкова

НАЕДИНЕ С РУБЦОВЫМ

продолжение

 

        В это время Рубцов много пишет. Кто интересуется поэзией Н. Рубцова, может припомнить "Вологодский пейзаж", "Зеленые цветы", "Гуляевскую горку", "Посвящение Другу" ("Замерзают мои георгины... "), "Вечерние стихи", "Последний пароход", "Отплытие", "Оттепель" и многие другие.

        В 1967 году начал писать стихи для детей. И вот с чего это началось.

        При первом приходе к нам Рубцова я вспоминала о малолетнем ребенке моего брата. За это время девочка уже подросла, ей шел третий годик. Родители дали ей красивое имя Жанетта. Миленькая, с вьющимися волосами, шустрая, она постоянно крутилась возле Рубцова, забиралась к нему на колени. И что было особенно приятным для Коли, она любила стихи. Не было, пожалуй, таких детских книжек, которых бы ей не читали. Особенно любила она стихи Н. Старшинова "Про цыпленка". На новогодней елке 1967 года за чтение получила приз-игрушку - "золотую рыбку". Тогда все присутствующие удивились, что такая маленькая (ей два годика исполнилось), а знает такое большое стихотворение. Обо всем этом я рассказывала Коле, он с интересом слушал. А когда произнесла фамилию поэта Старшинова, он даже в восторге вскинул руки кверху: "Так это же мой друг!". Меня удивляло терпение, с которым он относился к детским проказам, и сам был похож на ребенка.

        Не старается остановить, а внимательно слушает, когда читаю вслух детские книжки. Неужели это его не утомляет? Оказывается, нет.

        В журнале "Веселые картинки" моей племяннице очень понравились стихи "Гололедица". Она, наверное, раз десять просила меня их прочесть. Я читаю:

"Не идется и не едется,
Потому что гололедица,
Но зато отлично подается.
Почему никто не радуется?"

        Коля становится серьезным, задумчивым: "Тоже гололедице не радуется?". А вскоре у него появляется блестящее стихотворение, которое так и назвал - "Гололедица"

...Только мне, кто любил,
Тот не встретится,
Я не знаю, куда повернуть.
В тусклом свете, блестя, гололедица
Предо мной обозначила путь.

        Остается только диву даваться, как он в обыденном находил изюминку и превращал в поэтические шедевры. Так возникло и прелестное детское стихотворение "Коза". Расскажу, как это было. Дочитала я "Веселые картинки" до конца, а Жанетта просит: "Теперь про папу". Коля удивленно смотрит на меня, и мне приходится признаться, что когда ничего нет детского, я пишу и читаю свои стихи.

        Коля сразу оживился: "Как это я раньше не подумал, я ведь тоже могу... "

        Он уже нетерпелив: "Покажи, что у тебя". Достаю школьную тетрадку. Читаю вслух:

Карандаш берет рука,
Я рисую облака.
Тучка по небу несется,
Словно серая коза.
Рядом белая пасется,
Нарисую ей глаза.
Чтобы не было обидно,
И меня, и землю видно.

        Коля заморгал, заморгал глазами, весь ушел в себя, а потом произнес, как бы продолжая стихотворение:

        - Побежала коза в огород,

        Ей навстречу попался народ... И засмеялся. А я читаю дальше:

В книжке через всю страницу
Нарисована жар-птица.
Громко тетя говорит,
Что жар-птица улетит...

        Опять мысли поэта несутся куда-то вдаль. Куда? Да туда, где оставил частицу своей души.

Как просто в прекрасную глушь листопада
Уводит меня полевая отрада,
И детское пенье в багряном лесу,
И тайна древнейших строений и плит.
И только от бывшей печали, быть может,
Нет-нет, да и вспомнится, вдруг затревожит,
Что осень жар-птица вот-вот улетит...

        Мне больше не хочется читать свои стихи (они для забавы), а девочка опять: "Про папу, про дождик!" Пришлось читать и это:

Посмотрел в окошко папа
И сказал, что дождь закапал,
Что пойдет он целый день,
Что дождю идти не лень.
Я прислушалась и слышу:
Дождик топает по крыше,
К нам прийти, наверно, хочет.
Я боюсь дождя не очень.
Я стою, смотрю в окно,
Дождь идет уже давно.
У него так много ножек,
Почему прийти не может?

        Одно за другим читаю все, что есть. Так и говорю. А Коля не верит: "Покажи!" У меня там и другие наброски, но они не доведены до конца, и на суд Рубцову давать не хочется. А он все-таки подсмотрел, читает:

"Сказал, цены себе не знаешь...
А мне на что она, цена?
Не продаюсь, не покупаюсь... "

        Не засмеялся, серьезным стал (это он мне о цене говорил), а я готова сквозь землю провалиться. 

        "У тебя, - говорит, - начало быстро и хорошо получается, а это главное. Дальше разное можно. Хотя (делает паузу) там все тоже важно.

        Про себя думаю: «Запев - это еще не стихи. Где мне до Рубцова!"- и перевожу разговор опять на детские стихи. Говорю: у нашей Жанетты тоже стихи быстро получаются.

        Коля просит малышку рассказать, что она сочинила, и она читает:

Села кошка на окошко,
Распушила белый хвост,
Помурлыкала немножко
И увидела кота.
А еще: Елка-елка, не шали,
Ты иголки опусти
И меня не уколи.

        Коля удивляется, качает головой, обращается к Жанетте:

        "А про меня?"

        Девочка внимательно посмотрела на нас, сидящих рядышком на диване, и, не задумываясь, выпалила: "Коля с Нелей сидит, ничего не говорит, а на Нелю все глядит". Комментарии, как говорится, излишни. Коля даже стушевался.

* * *

        У Коли Рубцова была привычка брать какой-либо предмет, который побывал в моих руках. Так, однажды он ушел с моей расческой в кармане, а когда вновь явился, было забавно смотреть на него, улыбающегося, с торчащей наполовину из кармана расческой - с крупными редкими зубьями. Совсем лысый и такая расческа!

        Таким же образом в кармане оказался и мой рисунок - лошадь.

        Появление этого рисунка связано с моей племянницей. Как многие дети, она любила рисовать. На каждом попавшемся лоскутке бумаги. Сидит за столом, старательно рисует цветными карандашами. Коля, как обычно, на диване. Наблюдает со стороны. Потом встает, подходит к столу, смотрит. У Жанетты на оберточной бумаге появляется цветок: и стебель, и листья, и лепестки - все зеленое. Зеленая ромашка.

        Коля удивлен и восклицает: "Зеленые цветы? Таких не бывает..."

        Девочка упрямо тряхнула головой: "Нет, бывает!"

        Стараюсь поддержать ее: "Конечно, бывает". Беру зеленый карандаш и рисую зеленый цветок в виде сплетений и завитков.

        - Вот, - говорю, - тоже зеленый цветок.

        - Нет, это совсем другое.

        А Жанетта обрадовалась, что у меня в руке карандаш, сразу с просьбой: "Нарисуй что-нибудь!"

        - Что же нарисовать?

        - Лошадь!

        Коля смотрит на меня с любопытством, что я буду делать. Задание получила сложное, но не показываю вида, начинаю рисовать.

        Трудно поверить в чудо, но это так: я увидела водяным знаком изображение лошади и быстро, уверенно нарисовала ее на скаку. Даже сама удивилась. Удивился и Рубцов.

        - Да у тебя здорово вышло. Я так не смог бы. У меня больше пейзажи получаются.

        Он бережно отрывает рисунок и кладет в нагрудный карман пиджака. - А это мне.

        Я отрываю свой зеленый цветок.

        Этот случай с рисунками возник в памяти, когда я увидела опубликованным стихотворение "Зеленые цветы".

... Остановившись в медленном пути,
Смотрю, как день, играя, расцветает,
Но даже здесь... чего-то не хватает...
Недостает того, что не найти.
Как не найти погаснувшей звезды,
Как никогда, бродя цветущей степью,
Меж белых листьев и на белых стеблях
Мне не найти зеленые цветы...

        Вот так случайно подсмотренное в детском рисунке органически вписалось в чудесные стихи.

        Почти то же получилось и с Венерой. У меня на комоде стоит гипсовая статуэтка Венеры Милосской (крымский сувенир). Ее просто невозможно не заметить. И Коля часто поднимал на нее глаза.

        Как-то, поймав его изучающий взгляд, говорю, что Венера никого не оставляет равнодушным. Вот и у отца на рисунке есть ее отражение.

        Отец не был художником-профессионалом. Он просто любил рисовать. В его альбомах - репродукции известных и неизвестных художников, семейные портреты. Есть даже целый альбом рисунков для детей. Все выполнено простыми и цветными карандашами.

        Показываю рисунки отца Коле. Он внимательно их рассматривает, останавливает взгляд на Венере, потом смотрит на статуэтку и утвердительно кивает головой: "Да, это она... " Улыбается: "И у меня она тоже будет... " И вскоре я действительно узнаю Венеру в его новом стихотворении:

...Но Венеры играющий свет
Засиял при своем приближеньи
Так, что бросился в воду поэт
И уплыл за ее отраженьем...
Старый пруд забывает с трудом,
Как боролись прекрасные силы,
Но Венера над бледным прудом
Доведет и меня до могилы!

        Очень часто в наших разговорах участвовала и мама. Она уже привыкла к его внезапным приходам.

 


<< стр.6 >>

   
avk (c) 1998-2016

Все права на все текстовые, фото-, аудио- и видеоматериалы, размещенные на сайте, принадлежат авторам или иным владельцам исключительных прав на использование этих материалов. При полном или частичном использовании материалов, предоставленных авторами специально для сайта "Душа хранит", ссылка на http://rubtsov-poetry.ru обязательна.

▲ Наверх