Поэт Альберт Рубцов, старший брат поэта Николая Рубцова

Леонид ВЕРЕСОВ

Глава 1 «Он, как я", - так охарактеризовал своего брата Николай Рубцов

Трудами Сергея Лагерева исследователя из города Сургута имя Альберта Рубцова появилось в рубцововедении в документальном виде. Он использовал письма Альберта своему брату Николаю из архива Н. А. Старичковой, воспоминания дочери Альберта Марины Альбертовны Фазановой, результаты поисков местных краеведов [1]. Основные линии жизни и характера Альберта Рубцова прочерчены, и мы к ним почти не будем возвращаться. Однако, появляются новые, порой неожиданные архивные материалы темы. Вот с ними и хотелось бы познакомить любителей поэзии Н. М. Рубцова и поэзии А. М. Рубцова. Да, да они оба были поэтами, со сложностями судеб и творческим горением. Вот об этом, надеемся, и будет наша новая работа. Уже в воспоминаниях Марины Фазановой, можно найти сведения об отце как творческой личности, например она рассказывала, что он выступал на празднике первого сентября, когда она пошла в первый класс, со стихами про первый день в школе и имел успех [2]. Но, обратимся к ещё не опубликованным рассказам сына Альберта Рубцова, имя которому Николай Рубцов. Он человек не публичный, но интересного рассказал немало. Это случилось на фестивале Рубцовская осень 2010 года, когда он и Марина Фазанова впервые приезжали в Вологду (см. г. «Красный Север» 30 сентября 2010 года). Тогда помню представил его как Николая Рубцова и как–то по-особому засветились видоискатели телеаппаратуры, которая снимала встречу в музее «Литература. Искусство. Век 20» и подобрели глаза всех присутствующих людей.

Марина Виноградова, Николай Рубцов, Даша Рубцова (дочь Марины Альбертовны),
Марина Фазанова (Рубцова), Леонид Вересов

Николай Альбертович Рубцов родился 19 декабря 1955 года. Вся жизнь его была связана с изготовлением мебели в Невской Дубровке и Коммунаре Ленинградской области. Найти его с целью знакомства пытался ещё Вячеслав Белков. Тогда, ещё в без интернетовскую эпоху он через милицию города Коммунар выяснял его адрес и вот по рассказам Николая Рубцова как – то его посетил милиционер, а он занимался изготовлением мебели на дому, и никак не ожидал, что это посещение связано не с нарушением закона, а потому что нужен его адрес какому – то Белкову из Вологды для знакомства с ним как с племянником поэта Н. М. Рубцова. Из рассказов Николая Рубцова о своём отце можно отметить несколько неординарных случаев их взаимоотношений и запомнившихся эпизодов. Альберт хорошо играл на баяне, его приглашали поиграть на свадьбах и других праздниках, банкетах. Иногда такая развесёлая жизнь кончалась тем, что он продавал свой баян, но потом выкупал его снова. Временному владельцу баяна посылалась записка примерно следующего содержания почти в стихах «Мой милый друг, я был очень пьян, когда отдал тебе баян. Будь человек, верни баян. Прости Рубцов Олег» (Альберт мог называть себя и Аликом, и Олегом, по настроению). Одно время Алик работал в комбинате по деревообработке, там пытался делать стенгазету и писать в неё в рифму. Вот что запомнил его сын их этого творчества.

«Застучали пилорамы.
Побежит по телу дрожь.
Хуже цеха – лесоцеха
В комбинате не найдёшь…»

Вроде бы критика в рифму, но, как ни странно, начальник даже гордился, что под его началом работает поэт. Понимаю, что вы дорогие читатели уже поняли, что Альберт сочинял стихи, как и его родной брат. Было несколько забавных случаев, связанных с их публикацией в местной газете. Николай Рубцов говорит, что публикаций было несколько, на имя Николая приходили даже гонорары по 3 – 5 рублей, за стихи отца, которые он печатал под именем сына. Николай вспоминал, что была даже маленькая заметка «Поэт – первоклассник», но непонятно в какой газете. Вот так отец делал имя сыну, а последний очень стеснялся незаслуженной славы. Но, удалось найти только одну интересную подпись под стихотворением «Каникулы» от 12 января 1967 года, опубликованного в газете «Невская заря». А. Рубцов ученик 7го класса пос. Невская Дубровка. А учеником то, был Н(иколай) Рубцов, а никак ни А(льберт) его отец. Стихи (все сохранившиеся творения Алика Рубцова) будут вынесены в отдельную подборку в конце материала. В газете «Трудовая слава» Всеволожска от 15 апреля 1961 года удалось отыскать ещё одно стихотворение Алика под названием «Слава Гагарину». Оно посвящено полёту Ю. А. Гагарина и подписано А. Рубцов, Невская Дубровка. Пока, как удалось выяснить, только эти два стихотворения были напечатаны в газетах поэтом Альбертом Рубцовым.

Альберт Рубцов с дочерью Мариной

Давайте поговорим о стихах Алика и его отношении к поэзии. Приведём несколько, пусть разрозненных, эпизодов поэтического родства братьев Рубцовых. Жена Алика Валентина так в разговоре с Николаем Коняевым ответила на прямой вопрос писателя. «…А Николаю Михайловичу нравились стихи брата? — Он так говорил... У тебя, говорит, Олег, мысли глубокие. Ты и меня даже превосходишь тут, но тебе надо учиться... А Альберт ему все про Кольцова говорил, что тот тоже неграмотный был... Ты не понимаешь, объясняет ему Николай, что сейчас вся жизнь меняется. Мы за жизнью не успеваем, а ты говоришь, что учиться не надо... Так вот они спорили всегда. Потом вздохнула тяжело и добавила: — А вообще они оба талантливые были. Им и жизнь особая нужна была...» [3]. А вот как она рассказывала Николаю Коняеву о встрече братьев после пятнадцати лет разлуки в 1955 году, в Вологде, в доме отца Альберта и Николая — Михаила Андриановича Рубцова. «… А им и говорить не нужно было, я еще ничего не успела сказать, когда Альберт вошел... Николай сразу вскочил. «Олег!» — говорит. А тот: «Николай?!» Обхватили друг друга, закружились по комнате. Покружатся-покружатся, разойдутся, но друг друга в руках держат, и опять — клубком... Смеются и плачут...» [4]. Когда Николай приезжал в гости к Алику в Невскую Дубровку, то просьба к Валентине была одна, чтобы у брата было всё лучшее – постель, еда, обращение… М. А. Фазанова вспоминает такой случай, рассказанный мамой. Валентина в один из приездов Николая Рубцова решила к ночи постирать его носильные вещи. В их числе был и серый шарф поэта. Наутро он поблагодарил за выстиранную и уже высохшую и поглаженную рубашку, но никак не хотел брать шарф, это не мой восклицал поэт. А дело было в том, что из сероватого шарф превратился после стирки в белый и никак не признавался Николаем за свой. Вспоминается и такой случай, когда в очередной раз Альберт приехал после разлуки домой, то ему показали письмо тёти Сони (сестры отца) и газетные вырезки о смерти Николая, то Алик тихо заплакал, поняв, что потерял очень близкого человека, брата… Краеведы из Невской Дубровки вспоминают, что Альберт Рубцов посещал литературный кружок, который недолго вела учительница Дубровской школы Людмила Павловна Белякова (может внял уговорам Николая о необходимости учиться). И вот такой эпизод рассказала им Валентина Рубцова. «Николай прислал нам посылку. Шапку зимнюю и пальто, поношенное. И написано в письме: «Алик, нечего было вам послать, а хочется помочь. Ты уж извини, ещё носить можно». Я так смеялась над этой посылкой: «Ну, Алик, теперь носи, любая Сибирь тебе не страшна».

Свидетельство о браке

Была у них и другая переписка, когда Альберт не уезжал из дома. Так в письме С. П. Багрову в декабре 1964 года Николай Рубцов пишет «… Получил письмо от брата из Ленинграда. Он зовёт меня в гости, но я никак не могу сдвинуться с места ни в какую сторону…». Часто в гостях в семье брата Николай играл на гармони или баяне, но в этом ему вряд ли уступал Алик, который даже учился по классу баяна в Москве и ему говорили, что он талантлив в музыке.

Ценил ли Николай Рубцов стихи брата? Одна характеристика из уст жены Алика уже была приведена. А вот ещё одно свидетельство журналиста и прозаика Анатолия Марыничева, уроженца Вологодчины, жившего в Ленинграде. Он вспоминает, что в декабре 1966-го к нему зашли в гости Рубцов и Пискарев. Посидели. Поэт попросил у хозяина, который уже закончил Литинститут, контрольные работы за третий курс и дальше... «Я вышел их провожать. По Малому проспекту направились в сторону Тучкова моста. Рубцов был в черных валенках и без галош. Правда, очень морозило, но мне показалось это оригинальничанием. Рубцов спросил, нельзя ли в газете напечатать стихи его брата, который живет в Невской Дубровке...» [5].

Отдельно хотелось бы сказать, что Альберт был знаком с Глебом Горбовским и даже передавал ему привет в одном из писем Николаю.

«…Коля передай пожалуйста Глебу ноты, а то я не знаю когда приеду и большой привет.

Звенит звено поэтов новых
Молодых девиц, юнцов.
Ближе мне из всех знакомых
Глеб Горбовский, Н. Рубцов».

Да и сам Глеб в своих воспоминаниях вспоминает о встрече с Альбертом Рубцовым: «…В Ленинграде Рубцов был в какой-то мере чужаком, пришельцем. Однажды привел с собой брата с гармошкой. И мы все пошли в один из ленинградских садиков, сели на лавку и стали играть на гармошке и петь песни. Городские люди на нас с интересом смотрели. А Коля не мог иначе. Ему так хотелось щегольнуть гармозой, северной частушкой или моряцким гимном— «Раскинулось море широко». Он таким образом заявлял в городе о себе, сохраняя в себе свое, тамошнее, народное...» [6].

А теперь вспомним как в поэзии Н. М. Рубцова отразился образ его старшего брата Альберта. Вначале о сборнике «Волны и скалы» 1962 года, первом, самиздатовском сборнике стихов. Открывается он стихотворением «Элегия» с посвящением Алику. Позже это стихотворение будет несколько доработано, но этот вариант посвящён старшему брату поэта.

ЭЛЕГИЯ

                   ..брату Алику


Стукнул по карману —
                                  не звенит.
Стукнул по другому —
                                  не слыхать.
В коммунизм — безоблачный зенит —
полетели мысли
                       отдыхать.Но очнусь,
                и выйду за порог,
и пойду на ветер, на откос —
о печали пройденных дорог
шелестеть остатками волос.

Память отбивается от рук,
молодость уходит из-под ног.
Солнышко описывает круг —
жизненный
                отсчитывает
                                  срок...

 

Ленинград,
март, 1962

Стихотворение «Морские выходки» (по мотивам Д. Гурамишвили) тоже начинается двумя строфами о брате.

МОРСКИЕ ВЫХОДКИ

(по мотивам Д.Гурамишвили)

Я жил в гостях у брата.
Пока велись деньжата,
        всё было хорошо.
Когда мне стало туго —
не оказалось друга,
        который бы помог...

Пришёл я с просьбой к брату.
Но брат свою зарплату
        ещё не получил.
Не стал я ждать получку.
Уехал на толкучку,
        и продал брюки-клёш.

Существует и такой вариант стихотворения Н. М. Рубцова о брате и с посвящением Альберту.

ВОСПОМИНАНИЕ

                                    Брату


Помню, луна глядела в окно.
Роса блестела на ветке.
Помню, мы брали в ларьке вино
И после пили в беседке.
Ты говорил, что покинешь дом,
Что жизнь у тебя в тумане,
Словно о прошлом, играл потом
«Вальс цветов» на баяне.
Помню я дождь и грязь на дворе,
Вечер темный, беззвездный,
Собака лаяла в конуре
И глухо шумели сосны...


Н. Рубцов пос. Приютино, 1957 г.

Как говорится один творческий человек не забывает о другом творческом человеке, своём брате. Оба брата были поэтами, но с разной степенью одарённости. Тут, конечно, Николай был вне конкуренции. «…А вы знаете стихи Николая Михайловича о брате?» — спросил Николай Коняев Валентину Рубцову. «Нет, покачала головой Валентина Алексеевна. Я вообще не очень интересовалась стихами. Тот стихи пишет, этот... Но мне Николай и не читал никогда стихов. А с Альбертом они часто о стихах говорили...». Тем не менее, такие стихи есть и их любят многие почитатели таланта Николая Рубцова.

Глава 2. Неизвестное письмо Альберта Рубцова

«Дорогая, милая Валечок!

Здравствуй!

Разреши называть тебя всегда только так. Я тебе пишу плохое письмо. Много к тебе у меня самых чистых и нежных чувств, которые всегда останутся в моей памяти. Мне хотелось бы многое сказать тебе, но я опишу вкратце. Приехал я к другу, не заходя домой. Аня сразу же побежала за Валей, она работает в булочной рабочей, т.е. разгружает машины с хлебом. Но, перед этим она мне всё рассказала, потому что я сказал проездом. В общем она работала грузчиком, сорвала спину, лежала в постели, не вставая месяц с лишним. Коле приходилось собирать по палке дрова и чуть ли не готовить обед. Валя получила инвалидность и группу по зрению. Ей нельзя работать тяжело и особенно расстраиваться. Лучше ей врачи сказали не будет, но чтоб поддерживать хотя бы такое зрение, нужно три раза в год делать уколы, лекарство стоит 20 рублей. И она не могла ещё съездить ни разу за ним. Она сказала мне, что ещё 2 – 3 протянет, а там говорит ослепну совсем, всё равно жить не буду. Работает она с 8 и до 8 вечера без выходных и праздничных. Я в субботу получил паспорт на три месяца до 2 марта, потом опять здесь же менять на постоянный. Сегодня 5 декабря, а денег ни копейки нет, она получит только завтра. Ты Валечок сама понимаешь в таком положении я не могу их оставить. И если я написал бы тебе всё подробно, ты пришла бы в ужас, и потому можешь даже не поверить. Но, может быть, придётся, когда встретиться, хотя здесь в Ленинграде и ты поймёшь, что я не виноватый. Я возвращаю тебе фотки, но одну разреши я оставлю себе, как воспоминание о лучших днях моей жизни. Я не предполагал, что будет таким печальным финал. Но я всё равно смогу тебя отблагодарить за всё хорошее сделанное тобой для меня.

Извини. Извини. Извини.
Быть бы подлым к тебе я не смог.
Были счастьем с тобой мои дни.
Здесь же я выполняю свой долг.
Поступить мне иначе нельзя,
Чтобы мучился кто – то свой век.
И в беде не бросают друзья
Если друг этот – сам человек.
Ты красива, умна ты найдёшь
Ведь тебе в жизни милый (?) подвластен
А меня позабудешь, поймёшь.
Счастья нет, если кто – то несчастен.

Да мне к 50 летию Октября дали Почётную грамоту за стихи из редакции. Миленькая моя не обижайся, пиши. Если не домой, то востребования. До свидания единственный мой друг, мне было тяжело писать тебе это. Хотел бы целовать много раз. Олег Рубцов (пишу, а сам плачу)»

Письмо не датировано, но упоминание даты 50 летия Октября, когда Альберту (Олегу) дали Почётную грамоту от редакции за стихи даёт полное основание считать, декабрь месяц, когда было написано письмо декабрём 1967 года (Письмо из архива Н. А. Старичковой, сейчас в архиве автора статьи).

Валентина Рубцова, Альберт Рубцов с сыном Колей.

Вот что пишет об этом письме в своей книге Н. А. Старичкова, не приводя его текста. Наиболее важно то, что Николай Рубцов приезжал к подруге Алика в Свердловск в поисках брата (к сожалению, это единственное пока свидетельство о посещении Рубцовым города) [7].

«…Вскоре Коля уехал. На этот раз на Север, а может быть и в Свердловск. Я узнала, что он побывал там у женщины, с которой два года жил его брат Алик. (Он разыскивал брата.) Я тоже хотела его найти (уже после - в 1971 году). Среди бумажек поэта я нашла сначала адрес родственников этой женщины, потом и ее. Это Валентина Игнатик. Она послала мне фотографию Алика и рассказала о посещении ее Колей Рубцовым. Расстались они с Аликом не из-за ссоры, просто Алик получил известие, что у его жены плохо со зрением. И он не может оставить ее в таком состоянии. Из писем я узнала, что Алик тоже хорошо играл на баяне и успехи в поэзии он делал раньше Коли. Был отмечен на разных литературных конкурсах. Вот опять я отвлекаюсь…».

А вот другое место из книги Н. А. Старичковой:

«…Больше всего меня поразило письмо старшего брата Алика. "Он, как я", - так охарактеризовал его Коля. Видимо, эта переписка не была интересной для следствия. Конверты не распечатывались Колей, а были разорваны (чувствовалось, с каким нетерпением он их вскрывал). И когда я перечитывала письма, вновь и вновь путаясь в "лохмотьях", то решила обрезать их. Постоянно вспоминала фразу "он, как я", пытаясь понять сходство братьев. Алик тоже писал стихи. Неустроенный быт. Жизнь с другой женщиной оказалась временной, вернулся к жене и детям - Коле и Марине. Начитавшись этих писем, я занялась поисками брата. Они привели меня в Свердловск к женщине Валентине Субботиной. Из переписки я узнала, что жили они с Аликом на юге. Он был хорошим баянистом. Признался, что не может оставить бедствующую семью, что должен вернуться к детям. - Я ему не перечила, согласилась с ним, - сообщила мне Валентина. И еще призналась, что Коля приезжал в Свердловск, спрашивая о брате. Высказала, что, наверное, с ним произошло какое-то несчастье - "жаль бедолагу". В последнем письме Валентина рассказала, что развелась с мужем, взяла свою фамилию - Игнатик. Подарила мне фотографию Алика, на которой заметно сходство с Колей. Но исчезновение Алика так и осталось тайной...».

Итак, эта история с письмом, видимо, из 70-х годов. И она имеет свою законченность во временном воссоединении с семьёй. Потом Алик всё же уехал из семьи окончательно и долгий период (около 20 лет) его жена Валентина не знала о том, где он, жив ли. Вместе с тем этот «странный человек» официально не разводился со своей женой и все его дальнейшие отношения с женщинами можно рассматривать как романы на стороне. Так и этот роман с Валентиной Субботиной (Игнатик) длился два года, но закончился трепетным разрывом в связи с тем, что жена Валентина Алексеевна болела, семья испытывала материальные трудности (дети Коля и Марина нуждались в отцовской опеке и любви). И пришлось отцу на время бросить якорь в семейной бухте. Чем же нам интересно это письмо из архива Н. А. Старичковой? Да прежде всего оно как – то ярко характеризует старшего брата Николая Рубцова и публикуется впервые. Альберт представляется, когда читаем его, творческим человеком, порядочным, мятущимся по жизни под ветрами чувств и обстоятельств в поисках своего места в жизни. По крайней мере он старается загладить всё ранее совершённое и даже любовь не может стать извинением. Альберт старается объяснить свою позицию близкому человеку по отношению к другому близкому человеку (матери его детей). Сердце болит за её здоровье, за прошлое. А настоящее кажется беспросветным. В нём всё смешалось пошатнувшееся здоровье жены (с которой уже несколько лет не живёт), безденежье и чувство долга. Алик даже фотографии возвращает своей временной подруге, видимо твёрдо приняв решение помочь жене в её бедственном положении. И как поэт, естественно, описывает ситуацию в стихах…

Примерно 1973 – 1975 год. Село Горнослинкино, Уватского района, Тюменской области.
Альберт Рубцов с баяном на проводах русской зимы.

Видимо продолжения роман с Валентиной Игнатик не имел. Это видно и из воспоминаний Нинель Старичковой. Но, через несколько лет Альберт снова пропал из дома уже навсегда. Валентина Алексеевна много лет не знала о смерти мужа в 1984 году. Вот что пишет в письме Сергею Лагереву Ольга Токарева библиотекарь–краевед из села Горнослинкино Уватского района Тюменской области, там же нашлись и несколько фотографий Альберта (официальный документ о смерти А. М. Рубцова 15. 11. 1984 года был известен ещё с марта 2001 года): «По воспоминаниям жителей с. Горнослинкино об Олеге (Альберте) Михайловиче Рубцове 1932 г. р. известно мало. В селе его звали Олег. Приехал он в село в 70-х годах. Умер в 1984 году, похоронен на местном кладбище. Жил по улице Нагорная, в самом конце села в небольшом домике. Дом не сохранился. Жил с Киреевой Клавдией. Её тоже уже нет в живых. Жители помнят, как он играл на баяне, всегда с охотой соглашался участвовать в проводимых в селе праздниках. На фото он аккомпанирует на празднике «Проводы Зимы», приблизительно 1973-75г. Точной даты нет. Играл он для души, зарабатывал физической работой. Штукатурил дома, печи вместе с Клавой. Основной работы, где он работал, не помнят. Он рассказывал о своем брате-поэте, но в селе ему не особо верили. Вспоминают, что и у него была своя тетрадка со стихами. Если появятся дополнительные сведения, я вам сообщу. Ольга Токарева – библиотекарь-краевед с. Горнослинкино». В следующем письме С. А. Лагереву появились ещё некоторые подробности об Альберте Рубцове [8]. «…Помнят, что болел и в городе Тобольске оформлялся на пенсию по инвалидности, возможно, после инсульта. Помнят, что он мог по просьбе сочинить стихи на местную тему, легко и быстро без записи, с юмором, долго рассказывать. Умер, говорят, на крыльце магазина, возможно от сердечного приступа, утром нашли. Хорошо пел. Буду уточнять и собирать информацию и дальше…»

Последний приют старшего брата Николая Рубцова

Вот такая история жизни странного человека, скитальца с чувствительной душой, поэта Альберта Михайловича Рубцова.

Глава 3. Сохранившиеся стихи Альберта. «Никто не вспомнит имени Рубцова…».

В этой главе мы соберём воедино все стихи Альберта Рубцова, сохранившиеся в письмах, в газетных публикациях, в архивных документах, чтобы показать старшего брата Николая Рубцова как поэта, чтобы желающие смогли оценить степень его одарённости, которую, конечно, нельзя переоценивать. Начнём с публикаций стихов Альберта Рубцова в газетах, о которых уже упоминалось в этом материале.

Слава Гагарину!

Сбылась человека мечта вековая.
Вот он в истории первый полёт.
Сегодня страна моя ликовала:
Из космоса прибыл советский пилот.

Чётко правительству рапорт доложен.
В ясных глазах огоньков игра.
Путь вокруг шара земного проложен!
Гагарину слава! Ура!

А. Рубцов. Невская Дубровка.
(Напечатано в газете «Трудовая слава» Всеволожск, 15 апреля 1961 года)

Каникулы

Не успел я протереть
После сна глаза.
«Собирайся поскорей» -
Мне дружок сказал.
Я тотчас же соскочил
С тёплого местечка.
На бегу коньки схватил
И помчался к речке.
Хорошо порой холодной
С самого утра
На коньках скользить задорно
И в снежки играть.
Незаметно пролетел
Тот денёк весёлый.
Вечером за книжки сел, -
Завтра снова в школу.

А. Рубцов, ученик 7 класса. Посёлок Невская Дубровка.
(Учеником 7 класса был Николай Рубцов сын А.(льберта) Рубцова)
(Напечатано в газете «Невская заря» 12 января 1967 года).

Следующее стихотворение старшего брата Николая Рубцова хранится в архиве Вологодского музея – заповедника вместе с произведениями самого Н.М. Рубцова. Возможно, поэт хотел напечатать стихотворение Альберта в одной из газет. Быть может, он слегка подправил стихи своего брата…

Возвращение

Опять предо мною родная деревня,
Сюда я вернулся обратно.
Мне здесь улыбаются даже деревья,
Цветы обдают ароматом.

Виднеется крыша родимого дома.
И твёрдой походкой солдата
Иду я домой по тропинке знакомой,
Где бегал мальчишкой когда-то.

Как жадно я воздух прохладный вдыхаю!
И, давней любовью наполнен,
Как будто с живыми, я нежно болтаю
С берёзками встречными в поле.

Младший сержант запаса Альберт Рубцов.

Нельзя не воспроизвести ещё раз стихотворение из письма Альберта Рубцова Валентине Игнатик. Назовём его по первой строке.

Извини

Извини. Извини. Извини.
Быть бы подлым к тебе я не смог.
Были счастьем с тобой мои дни.
Здесь же я выполняю свой долг.
Поступить мне иначе нельзя,
Чтобы мучился кто – то свой век.
И в беде не бросают друзья
Если друг этот – сам человек.
Ты красива, умна ты найдёшь
Ведь тебе в жизни милый (?) подвластен
А меня позабудешь, поймёшь.
Счастья нет, если кто – то несчастен.

Завершим обзор поэзии Альберта Рубцова стихами из писем своему брату Николаю из архива поэта, затем архив Н. А. Старичковой, сейчас архив С. А. Лагерева.

Иду я домой и не знаю домой ли?
Живу я с женой и не знаю с женой ли?
Почти десять лет с нею вместе прожили.
А что же случилось? Мы стали чужие…
--------

Где-то там наверху
ходят люди спокойно.
Где-то там пьют вино
и коньяк в кабаках.
Я ж глубоко в земле
только я не покойник.
Я живой человек,
я с лопатой в руках.
Я до майки раздет,
каждый мускул натужен.
От меня, как от лошади
валится пар.
Но для шахты всегда
я такой лишь и нужен.
Здесь не отдыха сад,
здесь не сказочный парк.
--------

Звенит звено поэтов новых
Молодых девиц юнцов.
Ближе мне из всех знакомых
Глеб Горбовский Н. Рубцов.
--------

Я мчусь по рельсам, сам куда не знаю.
Куда влечёт судьбина меня злая?
И может быть каким-нибудь составом
Меня разрежет насмерть по суставам.
Да после зимней голодовки долгой
Куски мои растащат злые волки.
Не зазвенит мой голос где-то снова
Никто не вспомнит имени Рубцова.
---------

Наяву это всё? Иль во сне?
Сколько мытарств встречаешь и бед
Злой директор снимая пенсне
Снова слово знакомое – нет.
И опять ты угрюмый и злой
От конторы потопаешь прочь.
На ногах будет скоро мозоль
Коротая на улицах ночь.
Я как будто чужой на земле
Как бродяга брожу по шарагам
Только мысли одни, о семье
Меня держат от смертного шага.
---------

Злые чувства в душе, в голове кавардак
Неужели я всё же большущий дурак.
Почему я всегда поступаю не так?
Я серьёзное дело свожу на пустяк.
И без слов мне обидно, был в душе огонёк.
Ничего видно в жизни я добиться не смог.
И засохну я так, как червяк без земли
Где же цель, где же мысли, где песни мои?

Отметим, что здесь собраны все известные на сегодняшний день стихи брата великого поэта и выразим надежду, что со временем сборник стихов Альберта Рубцова пополнится новыми, найденными в газетах и архивах произведениями.


  1. С. А. Лагерев «Старший брат». Ж. «Наш современник» № 2 за 2016 год, стр. 221 – 226.
  2. Воспоминания М. А. Фазановой, см. сноску 1. «Родственники корили маму - мол, столько женихов было, а ты выбрала вон кого – «имя какое-то нерусское, не работает нигде, толку от него никакого». Все над отцом подтрунивали, никто его не понимал. Мама тоже не понимала, считала поэзию и всякое искусство баловством. Но никогда ничего плохого про мужа не говорила, воспринимала его таким, каким он был. А был он человеком не от мира сего. В народе такое поведение считалось странным. Взгляд был отрешённый, всегда смотрел сквозь человека. Бытовые проблемы его не интересовали. Постоянно витал в облаках. Для Альберта (как для Николая) духовная пища всегда была важнее. Бывало такое, что забывал поесть. Мог сидеть за столом, все уже поели, еда закончилась, а он только очнулся. Работал много, но подолгу нигде не задерживался. Никак не мог усидеть на одном месте. Сначала путешествовали втроём: отец, мама и маленький Коля. Сушили пелёнки на ветру в поезде. Одно время жили в Донбассе. Отец работал шахтёром. У мамы началась аллергия (не климат). Трудно с маленьким ребёнком. Уехали из Донецка. Колесили по стране, опять оказались в Приютино. В Невской Дубровке строился рабочий посёлок, прозванный жителями «Чудильники» (сейчас это улица Николая Рубцова). Семье дали комнату в бараке. Обменивались дважды, после чего осели в комнате по адресу: ул. Советская, д. 1, кв.4 (этот дом потом сгорел). Сюда неоднократно приезжал Николай Рубцов. В 1961 году родилась я. Мама уже не путешествовала с отцом. Можно, казалось бы, начать нормальную жизнь: жена, двое детей, но отцу на месте не сиделось. Стал ездить один. Причём уезжал без сборов, внезапно, имея в кармане буквально какую-то мелочь. Исколесил всю Россию-матушку. Письма приходили то из тёплых краёв, то из Сибири. Также неожиданно являлся домой. Поживёт немного. Успеет поработать и опять в путь. Однажды вся семья пошла в баню. Папа с маленьким Колей – в мужское отделение, женщины – в женское. Помылись, выходят, смотрят, Коля один стоит на улице, дрожит от холода. Валя спрашивает: «Где отец?» Коля: «Сказал, скоро придёт». Пошли домой. Прошло несколько дней. Тётка Надя, соседка, говорит: «Надо бы в милицию, в розыск подать». Мама говорит: «Не буду подавать. Подождём письмо». Приходит письмо через какое-то время: «Валя, я в Сибири». Без паспорта, без денег. Изредка присылал посылки. Я получала письма, даже однажды 10 рублей мне прислал. Будучи ещё маленькой, написала папе письмо и два стихотворения без названий собственного сочинения. Думаю, папа порадуется: вот, мол, дочка стихи пишет! Но в ответ получаю разгромное письмо, где отец пытается объяснить, в чём смысл стихов, что это святое.Он много читал, был прекрасным рассказчиком, плясал, играл на музыкальных инструментах. Любой праздник не обходился без него. В семье Рубцовых все были талантливы: кто пел, кто плясал, кто играл на баяне. До женитьбы отец учился в Москве у профессора Панина по классу аккордеона. Бросил учёбу. Позже приходили письма (даже маме), уговаривали, чтобы Альберт продолжил обучение. Думали, что бросил из-за неё, погубил талант. После женитьбы приобрели аккордеон. Время от времени, когда нужны были деньги, отец его продавал. Мама ещё домой дойти не успеет, уже знает, кому продал аккордеон. Всегда выкупала инструмент обратно. Николай тоже говорил Альберту, что надо бы учиться. Хоть и младшим был, а по жизни старшим считался. К написанию стихов относился серьёзно. Не один раз отдавал в печать в газету «Невская заря» (г. Всеволожск), откуда приходил отказ со словами: «Стихи хорошие, но не всё можем печатать». Учитель литературы Захаров Станислав Алексеевич, который сам писал стихи, постоянно говорил мне, что у отца талант от Бога: «Мне бы его дар, я бы прославился, а у него нет такой тяги».
  3. Н. М. Коняев «Путник на краю поля». В сб. «Николай Рубцов» М. 2006.
  4. Н. М. Коняев «На мглистый берег юности моей». В книге серии ЖЗЛ «Николай Рубцов» М. 2015.
  5. Анатолий Марыничев. Воспоминания. Г. «Коммунист» (Череповец». 3 января 1986 года.
  6. Г. Я. Горбовский «Долгожданный поэт». Сборник «Последняя осень» М. 2002.
  7. Н. А. Старичкова «Наедине с Рубцовым» СПБ. 2004.
  8. С. А. Лагерев «Светлая печаль» М. 2024.

Материал предоставлен автором