На первую страницу

 

Хроника жизни и творчества

Стихи

    Стихотворные сборники

    Алфавитный указатель

    Стихи Рубцова в переводах

Письма

Страницы прозы

Переводы

Критические работы

 

О Рубцове

    Исследования

    Очерки, заметки, мемуары

    Воспоминания современников

    Книги о Рубцове

    Критические статьи

    Рецензии

    Наш Рубцов

    Посвящения

    Дербина

 

Приложения

    Документы

    Фотографии

    Рубцов в произведениях художников

    Иллюстрации

    Библиография

    Фонотека

    Кинозал

    Премии

    Ссылки

 

Гостевая книга

Контакты

Рейтинг@Mail.ru
СТИХИ НИКОЛАЯ РУБЦОВА В ПЕРЕВОДАХ

Владислава СОЛОВЬЁВА

Русский поэт для французских читателей

 

3 января исполнилось 80 лет со дня рождения Николая Рубцова, которого современники называли «блистательной надеждой русской поэзии», а 19 января – 45 лет со дня его трагической, безвременной кончины. Некоторые стихи этого лирического поэта переведены на английский, немецкий, литовский и другие европейские языки, а вот французских переводов до сих пор не было. В конце декабря 2015 г. в Коломне вышла книга со стихами Рубцова на двух языках – русском и французском. Автор переводов – доцент кафедры лингвистики и межкультурной коммуникации ГСГУ, кандидат педагогических наук А.Б. Сурков. Сборник будет полезен и тем, кто изучает французский язык, и зарубежному читателю, интересующемуся русской поэзией. Автор переводов побывал у нас в гостях.

 

– Александр Борисович, в чём уникальность этой книги и новизна Ваших переводов?

 

– Переводов Рубцова на французский язык до сих пор не было. Его переводили, примерно, на десяток европейских и азиатских языков – по нескольку стихов на каждом, а вот на французский он переведён впервые. В этой книжке 22 стихотворения, а всего переведено мною около тридцати.

 

– Поэтический перевод – вещь особенная, здесь нужно быть не только переводчиком, но и поэтом, хорошо чувствовать тот язык, на который переводишь. В чём была главная трудность в работе над книгой?

 

– В основе моей работы лежит любовь к поэзии и в особенности к этому поэту. Моя любовь к творчеству Н. Рубцова началась лет 20 назад – я читал его стихи воспитанникам клуба «Юнармеец», которым руководил, они им очень нравились. А ещё – он сам замечательно сказал про поэзию: «...не она от нас зависит, а мы зависим от неё». Можете считать это чистой мистикой, но что-то такое «спускается сверху», когда стихотворение очень нравится.

 

В качестве корректоров я приглашал двух людей – один серьёзный учёный: доктор филологии, профессор А.Г. Вишняков. Другой – носитель языка, настоящий француз, хотя и живущий сейчас в России, Брюно Биссон. Я достаточно пристрастно спрашивал их о качестве переводов. Потому что просодия, ритм, рифма – это первичная работа, и я за неё отвечаю. А вот что касается образов, здесь всё сложнее: то, что понятно русскому читателю без дополнительных пояснений, может быть совсем непонятно французу. Они внесли некоторые поправки, и в книге указаны как корректоры.

 

Вообще, стихи Рубцова как-то очень легко ложатся на французский язык. Он сам любил французских поэтов: Ш. Бодлера, П. Верлена, Ф. Вийона… У Верлена есть стихотворение «Осенняя песня». Николай Рубцов говорил: «Он написал одно мощнейшее стихотворение. Оно, конечно, хуже моего… но стихотворение хорошее» (смеётся). Ему, очевидно, французский подход к поэтическому отображению действительности был очень близок. А поскольку я изучению и преподаванию французского языка посвятил несколько десятков лет, так всё это и сложилось.

 

– Можно привести пример работы над каким-то поэтическим образом?

 

– Ну вот, например, маленькое рубцовское стихотворение «Цветы»:

 

По утрам, умываясь росой,
Как цвели они! Как красовались!
Но упали они под косой,
И спросил я: – А как назывались? –
И мерещилось многие дни
Что-то тайное в этой развязке:
Слишком грустно и нежно они
Назывались – «анютины глазки».

 

Анютины глазки – а по ним идёт коса… Мне почему-то сразу вспомнился Григорий Мелехов из «Тихого Дона», когда он во время косьбы случайно зарезал перепёлку. Такой многоинтерпретируемый образ... А по-французски анютины глазки – это pensées – «мысли»! И вот так как-то сразу и получилось:

 

Le matin, se lavant de rosées,
Elles étalient si coquettes et si belles,
Mais fauchées et tombées et j`ai demandé:
“Comment est-ce qu`on les appelle”
Puis, de lonques visions je n`ai pu me défendre,
Si violentes, tenaces, insensées,
C`est parce que leur nom est si doux et si tendre,
C`est parce qu`elles s`appellent “les pensées”

 

– Есть ли какие-то образы, которые понятны русскому читателю, но совершенно непонятны французскому, которые приходилось интерпретировать под их понимание?

 

– Есть у Рубцова такое:

 

Под ветвями плакучих деревьев
В чистых окнах больничных палат
Выткан весь из пурпуровых перьев
Для кого-то последний закат...

 

Французы не такие фаталисты, может быть, потому, что у них люди до 90 лет спокойно живут в своих богадельнях… Или, к примеру, «Осенняя песня»:

 

Ну так что же?
Пускай рассыпаются листья!
Пусть на город нагрянет
затаившийся снег!
На тревожной земле
в этом городе мглистом
Я по-прежнему добрый,
неплохой человек.

 

Как перевести «добрый, неплохой человек»? «Месье»? «Сударь»? Если сказать bonhomme – это «мужичок» (bonhomme de neige – «снеговик»), brave – «добрый малый»… Всё не то. Это было довольно сложно, но, думаю, всё-таки получилось. Иногда смысловой акцент был не совсем точен – просто нет во французском языке полностью идентичного слова, и тогда я старался в следующей строке или даже четверостишии как-то на это намекнуть, уточнить.

 

– А каких поэтов Вы ещё переводили на французский?

 

– Я перевёл Марину Цветаеву, «Генералам двенадцатого года» – это замечательное стихотворение пока не переводил никто. Перевёл Лермонтова, в музее в Тарханах есть три моих перевода: «Выхожу один я на дорогу» – его переводили, в том числе и Цветаева, «Воздушный корабль», а также «Дуэль» Рубцова, стихотворение, посвящённое Лермонтову:

 

Напрасно дуло пистолета
Враждебно целилось в него;
Лицо великого поэта
Не выражало ничего!
Уже давно, как в божью милость,
Он молча верил
В смертный рок.
И сердце Лермонтова билось,
Как в дни обыденных тревог.
Когда же выстрел грянул мимо
(Наверно, враг
Не спал всю ночь!),
Поэт зевнул невозмутимо
И пистолет отбросил прочь...

 

Речь идёт о дуэли, которая была незадолго до той, роковой…

 

Ещё эпизодически я переводил некоторые песни: «Мои года – моё богатство» на стихи Р. Рождественского, песню И. Талькова «Я вернусь», «Крылья» «Наутилуса Помпилиуса»...

 

– Кто помогал Вам в работе над книгой?

 

– Дизайн и вёрстка Екатерины Карапузкиной, нашего коломенского художника-дизайнера. Она мне помогала и в работе над книгой, которая была издана полностью на французском языке. На обложке журавли – это тема многих его стихотворений: журавли, которые покидают Родину и возвращаются назад. Ноты – это «Вальс цветов», но не из балета «Щелкунчик», а в исполнении классической гитары. Это любимая вещь Рубцова, она встречается как минимум в трёх стихотворениях поэта. На последней стороне обложки – образ таинственного всадника, который проносится над Родиной... Это тоже известная тема в его стихах.

 

Первая презентация этой книги состоялась в день рождения поэта в Санкт-Петербурге, в библиотеке, носящей имя Николая Рубцова. Презентация в Коломне состоялась 3 февраля. Уже планируется работа над расширенным изданием, куда войдут не менее пятидесяти стихотворений с параллельным переводом на французский язык.

 

Несколько стихотворений Н. Рубцова, переведенных Александром Сурковым, вы можете прочитать, пройдя по этой ссылке.

 


Источник: "Угол зрения".

   
avk (c) 1998-2016

Все права на все текстовые, фото-, аудио- и видеоматериалы, размещенные на сайте, принадлежат авторам или иным владельцам исключительных прав на использование этих материалов. При полном или частичном использовании материалов, предоставленных авторами специально для сайта "Душа хранит", ссылка на http://rubtsov-poetry.ru обязательна.