На первую страницу

 

Хроника жизни и творчества

Стихи

    Стихотворные сборники

    Алфавитный указатель

    Стихи Рубцова в переводах

Письма

Страницы прозы

Переводы

Критические работы

 

О Рубцове

    Исследования

    Очерки, заметки, мемуары

    Воспоминания современников

    Книги о Рубцове

    Критические статьи

    Рецензии

    Наш Рубцов

    Посвящения

    Дербина

 

Приложения

    Документы

    Фотографии

    Рубцов в произведениях художников

    Иллюстрации

    Библиография

    Фонотека

    Кинозал

    Премии

    Ссылки

 

Гостевая книга

Контакты

Рейтинг@Mail.ru
ЛАУРЕАТЫ ПРЕМИИ ИМ. РУБЦОВА

 

ЕЛЕНА НИКОЛАЕВНА КУЗЬМИНА

 

     Елена Николаевна Кузьмина родилась в 1956 году в Москве. Окончила Архангельский лесотехнический институт и Литературный институт им.  Горького. Член Союза писателей России с1999 года. Заместитель председателя правления Архангельского регионального отделения Союза писателей России с 2000 года. Председатель Литературного Совета Баренцева региона с 2001 года.

     Лауреат  литературной премии имени Николая Рубцова комитета по культуре Архангельской области за 1999 год. Лауреат  Премии имени Эдуарда Володина за 2002 год (Москва).

     Печаталась в журналах «Смена», «Молодая гвардия», «Север», «Новая книга России»,  «Двина», «Роман-журнал XXI век», «Сельская новь», альманахах «Молодые голоса Севера», «Сполохи», «Красная пристань», журналах Швеции и Норвегии. Автор поэтических сборников «Птичьи сны»  (Архангельск, 1999), «Ночь жития сего…» (Архангельск, 2002).

 

 
   

Преображение

 

…Он приплыл, когда север сгустил холода.
Брызги – жала пчелиного роя.
Вроде август,
                        но темная нынче вода…                     
И над водами тучи – горою.
Свет не светит. Молчит приграничная Русь.
Берег моря открыт и пустынен…
И  сказал: «Коли плачу я так и томлюсь,
Свет-то есть, да на горней вершине.
Высоко! Я же точно в колодце на дне…»
Помолился…
                         «Господь Всемогущий,
Ты же знаешь, как здесь хорошо по весне!..»
И построил для Господа кущу
Там, где остров не так продуваем и гол,
Там, где сосны и скалы  оградой…
Крест из веток смолистых, да камень – престол,
Да в коричневой плошке – лампада…
Словно в Божьих ладонях, заснул на земле…
Буря ветры ломала о скалы…
Бездны Бога хвалили, и всюду  во мгле
Тварь безликая трепетала:
Се, грядут времена!..
                                    На вечерней заре
Только ветра порывы недужны…
Только радость на сердце о светлой поре.
Свете тихий… и воды жемчужны.
Се, грядут времена…
                                    И дробить, и колоть
 Будут иноки скалы упрямо…
 И отдаст просветленную новую плоть
 Белый остров на белые храмы.
 И когда дни настанут - пусты и черны,
 И падут с неба звезды…
                                          Ликуя,
 Малый камень, обломок церковной стены,
 Будет петь и в огне «Аллилуйя!»
 И сотрется имен и названий словарь…
 Но по-прежнему верная Чуду,
 «Не забуди!» - восплачет безликая тварь.
 И услышит в ответ: «Не забуду».

 

 

 

 

 

Из цикла «Старуха»

 

Всю Страстную метели мели…
И к началу Пасхальной седмицы
не вернулись домой журавли,
но порой  утешали синицы.
Золотая дрожащая нить
за порогом в ночи обрывалась,
только дети успели сменить
вековые печали на радость.
Так снимается траурный плат
с аналоя – и стелется белый…
Здесь на вербах синицы звенят
на рассветном дворе опустелом.
Этот пальмовый запах ветвей
мы с тобою недавно вдыхали…
Нет на свете честней и верней
слов о прочности нашей печали.

 

 

 

 

 

* * * 

Кресло цвета спелой сливы, подлокотники из плюша, -
мой тюремщик молчаливый, соглядатай равнодушный,
ожидания свидетель и соавтор эпилога…
Хорошо, когда зимою из окна видна дорога
сквозь невидимые ветви. Далека и невесома.
От оставленного дома к недостигнутому дому…
А когда подходит к окнам бело-розовое лето -
в темных зарослях черемух ни единого просвета.
И колеблет вечерами мироздания основы
незабвенный и незваный запах клевера медовый.

 

 

 

 

 

Из цикла «Отсветы»

 

Мне бы привыкнуть к предательству весен,
                                                                    бывали
вёсны коварней…
                                    И в мае метель над землею
петли вязала,  скрывая  весенние  дали,
дом обвивала тугой, неразрывной петлею.
Тополь за домом как раз где-то в мае сломало
ночью такой же… Разбился фонарь над сараем…
Крепко заснула под утро, когда рассветало:
снился березовый лес на окраинах Рая.
Нет ни опавшей листвы, ни обломанных веток.
Я на поляне, где только зеленые травы.
И не начало весны, а – под Троицу – лето.
Слева – не помню…
                                Река за деревьями – справа.
Ветер беззвучен, листы отзываются дрожью,
Но без опаски упасть по-земному на землю.
Бродит по лесу отец, надышаться не может.
Ангел-хранитель его под березою дремлет.
Мне бы сейчас в тот березовый лес, на поляну…
Ночь-сторожиха под окнами стонет и стынет…
Завтра оплачет весна эту ночь покаянно,
Будут омыты слезами дороги страстные.

 


 

Материал предоставлен Е.А. Николихиной (г. Северодвинск)

   
avk (c) 1998-2016

Все права на все текстовые, фото-, аудио- и видеоматериалы, размещенные на сайте, принадлежат авторам или иным владельцам исключительных прав на использование этих материалов. При полном или частичном использовании материалов, предоставленных авторами специально для сайта "Душа хранит", ссылка на http://rubtsov-poetry.ru обязательна.