На первую страницу

 

Хроника жизни и творчества

Стихи

    Стихотворные сборники

    Алфавитный указатель

    Стихи Рубцова в переводах

Письма

Страницы прозы

Переводы

Критические работы

 

О Рубцове

    Исследования

    Очерки, заметки, мемуары

    Воспоминания современников

    Книги о Рубцове

    Критические статьи

    Рецензии

    Наш Рубцов

    Посвящения

    Дербина

 

Приложения

    Документы

    Фотографии

    Рубцов в произведениях художников

    Иллюстрации

    Библиография

    Фонотека

    Кинозал

    Премии

    Ссылки

 

Гостевая книга

Контакты

Рейтинг@Mail.ru
НАШ РУБЦОВ

Николай Тамби

На тихой родине Рубцова

 

     В Никольском нас ждали с волнением. По причине гололеда автобус выбился из графика и многочисленная делегация запаздывала. И вот наконец-таки мы “нагрянули”. Наскоро пообедали и направились на торжественное открытие мемориальной доски на доме-музее Н. М. Рубцова. У здания бывшего детского дома, где в свое время проживал юный Коля Рубцов, нас радушно приветствовали жители поселка во главе с представителями районной и поселковой администрации. Но более всего, на мой взгляд, нашему прибытию радовались дети. Не каждый день приходится видеть им такое скопление автотранспорта и приезжих. Неугомонные пацаны кувыркались на высоком сугробе, лихо скатывались с него и снова с разбега карабкались наверх, тем самым пытаясь привлечь внимание гостей. В конце-концов ребятне это удалось — оператор видеосъемки перевел на них телекамеру и они с удвоенной энергией демонстрировали свои выкрутасы:

Хотя проклинает проезжий
Дороги моих побережий,
Люблю я деревню Николу,
Где кончил начальную школу!

    Прошел я по залам музея, выставку художественную в фойе осмотрел и к выводу пришел: молодцы, никольцы! Село находится в стороне от накатанных трасс, жителей насчитывает всего пять сотен, а у них и музей образцово содержится, и средства на доску мемориальную нашлись...

    И совсем не грех влюбиться в Николу, о которой Рубцов писал: “Я вырос в хорошей деревне...”

    Пока шла подготовка концертной программы, мне удалось поближе познакомиться с хлебосольными селянами, побывать в гостях в доме у Алексея Антуфьева — страстного ценителя рубцовской поэзии, собравшего многие экспонаты для экспозиций Никольского музея. Запомнилось, как мама Алексея потчевала: холодец, соленые рыжики, пироги с брусникой и лесной малиной, топленое в русской печи молоко... Боже мой! Вопреки столичным политологам — жива Россия! И если кто-то не боится, не ленится заниматься тяжелым сельским трудом, у того погреба никогда не опустеют:

Я долго слушал
шум завода —
И понял вдруг,
что счастье тут:
Россия, дети, и природа,
И кропотливый
сельский труд!

    Там же, в Никольском довелось повстречаться с вдовой поэта Генриеттой Михайловной Меньшиковой. К ней многие приставали с расспросами, пытались взять интервью. Я же ограничился одним: не может ли она показать дом Николая Михайловича? “Того дома, к сожалению, давно уже нет. На его месте новый выстроили...” А ведь именно в том доме, которого из-за древности и ветхости более не существует, были сочинены, может быть, самые лучшие, самые известные стихи Рубцова. Только за полтора летних месяца 64-го им написано около сорока стихотворений:

Тихая моя Родина —
Ива, река, соловьи.
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои.
..................................

Школа моя деревянная!..
Время придет уезжать —
Речка за мною туманная
Будет бежать и бежать.

С каждой избою и тучею,
С громом, готовым упасть,
Чувствую самую жгучую,
Самую смертную связь.

    Ночевали мы в Тотьме. По счастливому стечению обстоятельств нашу делегацию определили в гостиницу при турбазе “Монастырские кельи”. В этих самых кельях, построенных на территории Спасо-Суморина монастыря, некогда располагался спальный корпус Тотемского лесного техникума, в котором, как известно, учился будущий русский поэт Николай Рубцов. Таким образом, тематическая экскурсия “Рубцовские места Тотьмы” началась для нас именно с этакого непосредственного приобщения. Утром появилась миловидная девушка-экскурсовод, подали автобус и продолжилось ознакомление с достопримечательностями старинного купеческого города...

    Побывали мы, естественно, и у памятника Николаю Рубцову, поставленному на высоком берегу речки Сухона:

Мне поставят памятник
на селе.
Буду я и каменный навеселе...

    Памятник оказался вовсе не каменный, а бронзовый. Тут поэт-провидец малость ошибся. Зато насчет “навеселе” попал в самую точку, если имел ввиду толпы туристов, снующих по Тотьме.

    Надо отметить, что работники Тотемского краеведческого музея и администрация города хорошо подготовились к проведению Рубцовских празднеств, сделали все для того, чтобы у гостей сложились самые благоприятные впечатления об их городе. Состоялись встречи с учителями и учащимися, слушали замечательный концерт взрослых и юных музыкантов, искрометное чтение стихов молодых поэтов. Кульминацией праздника было выступление народной певицы России Татьяны Петровой, исполнившей в сопровождении ансамбля “Калина красная” песни на стихи Рубцова.

    По окончании концерта делегацию пригласили в ресторан “Северное сияние” на прощальный торжественный ужин:

За Тотьму, за землю родную,
Я снова бокал подниму!
И снова тебя поцелую,
И снова отправлюсь
во тьму...
И вновь будет дождичек литься,
Пусть все это длится
и длится!

    На рассвете питерцы собрались у “Икаруса”. Сюда же подтянулись представители Москвы, Череповца, Великого Устюга, Архангельской области, Мурманска... Обратная дорога никому не показалась продолжительной, потому что делегаты городов и весей одухотворенно пели песни, много песен — народные, застольные, шуточные, на слова современных поэтов, и, конечно же, на стихи Николая Рубцова.

 


 

Источник: "Царскосельская газета" (2001 г.)

   
avk (c) 1998-2016

Все права на все текстовые, фото-, аудио- и видеоматериалы, размещенные на сайте, принадлежат авторам или иным владельцам исключительных прав на использование этих материалов. При полном или частичном использовании материалов, предоставленных авторами специально для сайта "Душа хранит", ссылка на http://rubtsov-poetry.ru обязательна.